Изъ дорожныхъ впечатлѣнiй по Поморью

С. В. М. Из дорожных впечатлений по Поморью // Архангельские губернские ведомости. 1911. № 21. С. 3 – 4; № 28. С. С. 3 – 4.

С. В. М. Из дорожных впечатлений по Поморью // Архангельские губернские ведомости. 1911. № 21. С. 3 – 4.

Изъ дорожныхъ впечатлѣнiй по Поморью.

   Ну... ну, карько!.. П-о-од-держись!.. кричитъ ямщикъ поморъ, въ драномъ пальтишкѣ, нахлобучивая плотнѣе на голову мѣховую шапку съ ушами и замахиваясь на лошадь кнутомъ.

   Она быстро пускается по льду и скоро выноситъ нашу повозочку на первый берегъ рѣки Кеми.

  Сзади насъ мелькаютъ городскiя постройки, потомъ, на поворотѣ, когда показывается излучина рѣки, выступаетъ со своими потемнѣвшими шатрами, высокимъ въ срединѣ и двумя боковыми, уже покосившимися отъ времени, старинный соборъ, теперь единственный памятникъ прошлой исторiи поморскаго города.

− Холодно стало... по ногамъ студитъ, − говоритъ ямщикъ, пожимая плечами и закрываясь полами ветхаго пальтишка, которыя, точно нарочно, постоянно расходятся и открываютъ у него зябнушiя колѣни.

   Попадаются навстрѣчу изгороди, въ разныхъ направленiяхъ идущiя по берегу рѣки, гдѣ у кемлянъ ихъ поля или, вѣрнѣе, сѣнокосы, которыми они очень дорожатъ.

   Узкая, съ двумя глубокими желобами отъ полозьевъ, дорога идетъ рѣдкимъ перелѣскомъ, потомъ болотомъ.

   Далеко на горизонтѣ, гдѣ слѣдуетъ быть солнцу, ярко озаренная, узкая часть неба съ застывшими въ ней облачками. Они еще темнѣютъ, потомъ постепенно тонутъ въ заревѣ неба, пронизываемыя желтоватыми и нѣжно золотистыми полосами свѣта. Эти полосы далеко раскидываются вверхъ по небу, точно напоминая объ исчезнувшемъ солнцѣ, слабѣютъ и исчезаютъ въ сѣрой пеленѣ тучъ, плотно обложившихъ все небо.

   Ямщикъ снимаетъ съ головы шапку, быстро разворачиваетъ у ней бока, потомъ надѣваетъ, закрывая лобъ, затылокъ и уши и говоритъ, погоняя лошадь:

− Хорошую досталъ шапку. Во всякую погоду служитъ: вѣтеръ-ли, морозъ- ли, дождь-ли, − всегда въ ней тепло... Далъ за нее на Варгаевѣ (Вардэ) , тамъ мы на суднѣ лѣтомъ стояли, два съ полтиной... Вотъ только пальто не совсѣмъ у меня: мало грѣетъ при ѣздѣ... Хозяинъ подарилъ носить... Ну, да ладно: вотъ получу за мѣсяцъ семь съ полтиной, такъ женка обѣщала шубу завести, тогда ужъ совсѣмъ тепло будетъ...

   Выѣзжаемъ на новую дорогу, называемую поморами «почтовой». Среди рѣдкаго, низкорослаго лѣса и болотъ съ тощей растительностью, она протянулась довольно широкимъ полотномъ, невольно останавливающимъ на себѣ вниманiе среди обширныхъ пустырей кругомъ, − вѣдь это первая грунтовая дорога, которая такъ близко подходитъ къ поморскому городу. Она, несомнѣнно, съ улучшенiемъ сообщенiя, которое въ недалекомъ будущемъ станетъ постояннымъ, поможетъ развитiю мѣстной жизни.

   Встрѣчается поморъ весь въ инеѣ. Онъ медленно шагаетъ замерзшими бахилами за лошадью, которая тянетъ сломанныя въ ухабѣ сани.

  − Что?.. Безъ дровъ теперь? − бросаетъ ему на встрѣчу ямщикъ и, не дождавшись отвѣта, быстро гонитъ лошадь впередъ.

   Сани начинаютъ встряхивать. Иногда, отъ неожиданности, толчки чувствуются сильно. Намъ попадаются поперечныя канавы для осушки дороги. Въ одномъ мѣстѣ сани точно кувырнулись и уткнулись передкомъ.

− Выползай скорѣе, не то тоже сломаешь полозья, и въ Шую не попадемъ, − кричитъ ямщикъ, задерживая лошадь.

   Но мы благополучно проѣзжаемъ всѣ ухабы и канавы мимо лежащихъ у дороги бревенъ и жердей, нѣсколько занесенныхъ снѣгомъ и оставленныхъ во время производства на дорогѣ работъ.

   Показалась извилистая рѣка Мягрега, съ густо поросшимъ лѣсомъ берегами.

   Сюда ѣздятъ кемляне за дровами и при насъ двое мужиковъ, сваливъ высовую сосну, наваливали ее на сани.

   Сворачиваемъ въ лѣсъ, и нѣкоторое время трясемся по клочьямъ, объѣзжая мостъ, разрушенный весеннимъ напоромъ воды.

   Мостъ перекосило и подняло съ устоевъ.

− Лучше пусть насъ немного потрясетъ, чѣмъ лошадь ногу повредитъ, − объясняетъ ямщикъ.

   Среди темной зелени сосенъ и елей, густо запушенныхъ инеемъ, выглянулъ небольшой участокъ обгорѣвшаго лѣса.

   Здѣсь у опушки стояла лошадь въ саняхъ, а за деревьями гулко раздавались удары топора.

− То-же дрова въ городъ заготовляютъ, а вотъ рядомъ какiе-то проходимцы испортили деревья. Лѣтомъ это у кого-то чесались руки... Глупый у насъ народъ: скоро близко дровъ не будетъ, а они зря лѣсъ портятъ, − сожалѣетъ ямщикъ.

 − Вотъ у насъ, въ Карелѣ, лѣсу много... Я самъ-то вѣдь съ дальней Карелы буду, − разсказываетъ онъ, − отъ отца остался маленькимъ, и не помню его. Сказывала мать, что отецъ съ сумкой торговать ходилъ по Вихляндiи, да заболѣлъ и умеръ... Трудно пропитываться стало и пошелъ я сюда жить. Сначала кормился такъ, Христа ради, кто подастъ, пока самъ не замогъ работать, а потомъ на море сталъ ходить и теперь ужъ двадцать третiй годъ здѣсь живу, домишко свой завелъ, женился, получаю въ матросахъ пятнадцать съ полтиной въ мѣсяцъ... Жить можно, вотъ только освободило бы начальство отъ податей на Карелѣ: вѣдь тамъ я ничѣмъ не пользуюсь... Даи не одинъ я такъ живу и другiе тоже земляки, у кого отъ родителей ничего не останется, выселяются сюда, въ Поморье...

   Опять подъѣхали къ мосту. Онъ держится совершенно изуродованнымъ: въ одномъ мѣстѣ его выдернуло, въ другомъ опустило, а концы приподняло съ земли, и лошади приходится сдѣлать прыжокъ, чтобы забраться на мостъ, разрушенный водой.

   Медленно переступая, шагъ за шагомъ, лошадь всякiй разъ, когда ей встрѣчаются провалившiяся доски, останавливаются и боязливо закидываетъ ноги, въ поискахъ болѣе твердаго мѣста. Проѣхали половину дороги. Она стала ровной; ни потряхиванiй, ни толчковъ, развѣ гдѣ-нибудь изрѣдка попадется выбоина въ снѣгу.

   Теперь почти непрерывныя встрѣчи; то и дѣло приходится сторониться, чтобы дать мѣсто тяжелымъ возамъ съ селедкой. Поморы и поморки, мужики и молодые ребята, на лошадяхъ и на оленяхъ везутъ домой туго набитые мѣшки съ замороженной рыбой. Озябшiе, но довольные, − они спѣшатъ мимо насъ суетливо поддерживая свои возы и долго потомъ тянутся длинной вереницей по дорогѣ среди молчаливаго лѣса. Иногда появляются съ возами пьяные, нелѣпо кричатъ, натягивая вожжи, путаютъ лошадей и оленей, которые бросаются въ стороны и попадаютъ въ канавы, опрокидывая мѣшки съ рыбой. На дорогѣ начинается безтолковая возня людей и животныхъ. Усиливаясь поднять поклажу, пьяные барахтаются въ снѣгу и, вывалявшись въ немъ, снова выбиваются на дорогу.

  Съ дешевой покупки напились, вѣдь теперь, почитай, дешевле копейки фунтъ набираютъ ее, селедку-то... Ну, ну!.. работай скорѣе!.. Поѣдемъ тоже въ Сороку заправлять сельдей, − замѣчаетъ ямщикъ, пуская лошадь мимо встрѣчныхъ возовъ.

   Было около полудня, когда мы поднялись на высокiй, кряжистый берегъ рѣки Шуи, занятый сѣнокосными участками. Впереди, возвышаясь надъ крышами поморскихъ домовъ, поднимался шатеръ стариннаго храма, стоящаго на высокомъ береговомъ выступѣ быстро текущей рѣки, откуда открывается интересный видъ на значительную часть села, расположеннаго по обоимъ берегамъ рѣки, недалеко отъ впаденiя ея въ море.

   Лошадь, почуявшую домъ, трудно было остановить и она быстро донесла нашу повозку до станцiи, около церквей с. Шуи, любопытную подробность которыхъ составляетъ небольшой крытый ходъ, соединяющiй два старинныхъ храма.

   Первое впечатлѣнiе отъ с. Шуи: значительное число, свыше двухсотъ, поморскихъ домовъ, плотно занявшихъ всѣ удобныя мѣста вдоль обоихъ береговъ рѣки, съ преобладающими на первомъ планѣ представительными постройками зажиточной части населенiя. Отъ домовъ видъ на рѣку, берега которой соединялъ новый мостъ, теперь точно перерѣзанный по срединѣ, разбитый и унесенный быстрымъ теченiемъ.

   На рѣкѣ и около домовъ кучи сельдей, доставленныхъ изъ с. Сороки и навагъ, мѣстнаго улова. Рыбу замораживаютъ, переворачивая лопатами.

   То и дѣло медленно подходятъ обозы съ рыбой изъ Сороки. Усталые возчики распрягаютъ лошадей и останавливаются для отдыха.

Въ одномъ мѣстѣ, при спускѣ на рѣку, бьется мужикъ около опрокинутаго воза съ рыбой, налаживая сломанный отъ тяжести полозъ и всюду, куда не посмотришь, слѣды необычайнаго улова рыбы, захватившей вниманiе не только мѣстныхъ жителей, но и прiѣзжихъ издалека людей, говорящихъ только про уловъ и невольно вспоминаются слова ямщика, выходца изъ Карелiи, что въ Поморьѣ «жить можно».

(Окончанiе будетъ).                             С. В. М


С. В. М. Из дорожных впечатлений по Поморью // Архангельские губернские ведомости. 1911. № 28. С. 3 – 4.

Изъ дорожныхъ впечатлѣнiй по Поморью. (Окончанiе. См. № 21 «Арх. Губ. Вѣд.»).

   Къ услугамъ шуярѣцкихъ поморовъ во время навигацiи пароходное сообщенiе; зимой, да и въ другое время года, − трактъ, который, вѣроятно, скоро благоустроится.

   Въ селѣ существуетъ почт. -тел. отделѣнiе. Для обученiя дѣтей въ Шуѣ открыты два училища. Не удалось узнать, много-ли пьетъ мѣстное населенiе, такъ какъ въ селѣ есть и винная лавка.

   Мы снова отправились въ путь, дѣлая 30 вер. до с. Сороки.

   Сытая лошадь быстро бѣжитъ по ровной дорогѣ, идущей то берегомъ моря, то лѣсомъ и болотами.

   Короткiй свѣтъ декабрьскаго дня уже подстерегаетъ темнота, незамѣтно всюду сгущаются тѣни. На сѣромъ, туманномъ небѣ, сплошь однообразномъ, въ густой пеленѣ тучъ протягиваются темныя полосы. Неподвижно стоящiй въ глубокой тишинѣ лѣсъ, заваленный сугробами снѣга, сливаясь во мракѣ, кажется длинной черной стѣной.

   Изрѣдка проскрипитъ мимо насъ запоздавшiй возъ съ рыбой, спѣша на ночлегъ, − скоро станетъ темнымъ пятномъ на снѣжной дорогѣ и снова мертвая тишина.

   Въ такiе переѣзды по поморскимъ дорогамъ, подъ влiянiемъ темноты и безлюдья, путника одолѣваютъ дремота и сонъ, пока не разбудятъ толчекъ или рѣдкая встрѣча съ какимъ-нибудь ѣздокомъ, когда приходится уступить часть дороги.

   Сквозь рѣдкiй лѣсъ ярко блеснули въ темнотѣ огни. Мы подъѣхали къ Сорокѣ и спустились на рѣку, надъ которой стоялъ отдаленный шумъ работавшихъ на заводахъ машинъ.

   На рѣкѣ всюду мелькаютъ огоньки. По льду рѣки ходятъ люди съ фонарями около большихъ сельдяныхъ кучъ и, переворачивая лопатами пойманную рыбу, замораживаютъ ее. Иногда встрѣчаются цѣлыя сельдяныя поля, въ которыхъ медленно застываетъ жирная рыба и мы слышимъ ея запахъ въ неподвижномъ воздухѣ и долго не можемъ уѣхать отъ него. Около рыбныхъ кучъ мѣстами стоятъ лошади въ саняхъ, въ которыя корзинами отмѣриваютъ рыбу. Сворачиваемъ въ село, но и здѣсь на улицахъ, около домовъ, всѣ свободныя мѣста завалены рыбой. Сорока превратилась въ какое- то рыбное царство. На улицахъ постоянное движенiе возовъ, увозящихъ рыбу, а ея точно не убываетъ и, кажется, скоро у людей уже не хватитъ силъ убрать рыбу, которую такъ щедро подарило море.

   Въ Сорокѣ слушаемъ про удачи сельдяного промысла. Инымъ изъ поморовъ попадало такое множество рыбы, что ее уставали увозить отъ моря и оставляли на льду. «Сколько ни вози, все равно всей рыбы изъ моря не вычерпывать», − говорили счастливцы, уже утомленные удачей.

   Для закупки рыбы, которая одно время продавалась дешевле копейки за фунтъ, прiѣзжали даже изъ отдаленныхъ карельскихъ селенiй Кемскаго у.

   Своими хорошими, въ большинствѣ случаевъ, постройками, скучившимися, кажется, всюду, гдѣ только есть удобныя для поселенiя мѣста на островкахъ, образуемыхъ Выгомъ, довольнымъ, здоровымъ видомъ поморовъ и поморокъ, одѣвающихся вполнѣ прилично и, повидимому, живущихъ сыто. Сорока многимъ обязана счастливому положенiю у морской губы, богатой сельдяными уловами.

   И кажется, изъ всѣхъ поморскихъ селенiй между Нюхчей и г. Кемью, наиболѣе выгодное положенiе создалось для Сороки, неподалеку отъ которой, говорятъ, возникаетъ уже четвертый лѣсопильный заводъ. Около Сороки, такимъ образомъ, настоящiй промышленный центръ въ Поморьѣ. Для знакомства съ Сорокой необходимо заглянуть и на заводы, около которыхъ интересно посмотрѣть цѣлый городокъ новенькихъ домиковъ для рабочихъ. Рядомъ съ этими жилищами заводскаго населенiя лѣсъ, а нѣкоторые домики стоятъ окруженные елями и соснами и эта близость лѣса придаетъ рабочему городку своебразный видъ.

   Послѣ двухчасовой лежки въ саняхъ подъ одѣяломъ, мы дѣлаемъ остановку въ дер. Сухомъ, находящейся въ 17-ти верст. отъ Сороки. Сухое − довольно значительное поморское селенiе; съ большей частью своихъ довольно безпорядочно разставленныхъ домовъ, расположено недалеко отъ морской губы. Въ Сухомъ есть церковь, училище, занимающее собственный, вполнѣ приличный домъ, почтовая и земская станцiи и двѣ-три лавки.

   Во время нашего прiѣзда промежутки между поморскими домами были запружены народомъ, лошадьми и возами, которые загораживали все, оставляя только узкiе проходы и тутъ двигались возы и проѣзжали въ саняхъ мужики, ѣхавшiе въ Сороку. На улицѣ было шумно отъ множества голосовъ и этотъ шумъ, въ которомъ трудно понять отдѣльныя рѣчи, и скопленiе народа и лошадей въ тѣснотѣ, напоминали ярмарку. Здѣсь то-же жили интересами рыболовнаго сезона, и людьми двигала селедка, съ которой возились на улицахъ, которую продавали и покупали, морозили, размѣривали и укладывали на возы.

   Казалось, нѣсколько свободнѣе было только поморамъ, которые находили время для обычныхъ занятiй и теперь, собираясь у колодцевъ, покрытыхъ толстымъ слоемъ льда и черпая красноватую воду въ ушаты, которые затѣмъ уносили и откатывали на полозьяхъ по домамъ.

   Станцiю до посада Сумы, находящагося въ 32 вер. отъ Сухого, дѣлаемъ одновременно съ почтой, и у помора, содержателя станцiи, достигается экономiя въ ямщикахъ и лошадяхъ, которыми онъ дорожитъ во время промысла. Почту везутъ впереди въ открытыхъ саняхъ. Почтовый ямщикъ гонитъ лошадей во весь духъ, давая имъ короткiя передышки и увлекая засобой и нашу лошадь, которая не хочетъ отставать отъ поѣзда.

   Крѣпко морозитъ. Встрѣчный вѣтеръ рѣжетъ лицо. Лошади въ инеѣ и надъ ними постоянно поднимается облачко пара. Небо прояснилось и стало темно-голубымъ океаномъ множества звѣздъ: большихъ, точно струившихъ на землю свой свѣтъ и едва замѣтныхъ, какъ мельчайшiя свѣтлыя точки.

− Сворачивай!.. раздается впереди громкiй окрикъ почтоваго ямщика. На дорогѣ короткая суета, и около насъ начинаютъ торопливо двигаться мужики въ большихъ овчинныхъ шубахъ, съ поднятыми воротниками. Они тяжело и неуклюже ворочаются и кричатъ, стараясь отвести немного въ сторону лошадей, тянущихъ рыбные возы. Почту пропускаютъ и мы долго объѣзжаемъ вытянувшiйся по дорогѣ обозъ.

   На половинѣ пути проѣзжаемъ мимо большого села Вирьмы, растянувшагося по берегамъ рѣки. Здѣсь, на краю села, интересный по своей архитектурѣ старинный храмъ, окруженный вѣковыми соснами и елями, уцѣлѣвшими только на церковнымъ погостѣ, такъ какъ около поморскихъ домовъ не видно ни деревца, ни кустика.

   Нашъ переѣздъ кончался. Лѣсъ передъ нами порѣдѣлъ. Лошади вбѣжали на возвышенный берегъ рѣки Сумы и здѣсь, отъ высокаго стариннаго креста, открылся видъ на древнiй поморскiй посадъ, гдѣ, бывало, почти пятьсотъ лѣтъ тому назадъ только «Перѳенка съ Першицей» полагали начало русской колонiи, такъ повѣствуетъ одна старинная грамота. Мы видѣли тѣсные ряды многочисленныхъ домовъ по обоимъ берегамъ рѣки, на которыхъ за постройками виднѣлись открытыя, точно луговыя, пространства, а направо отъ насъ, на лѣвомъ нагорномъ берегу, самомъ возвышенномъ его мѣстѣ, величаво стояли въ своей старинной красотѣ посадскiе храмы. Въ одномъ изъ нихъ находится замѣчательный по рисунку и выполненiю работы старинный иконостасъ, исполненный, говорятъ, за какую-то очень небольшую сумму, но въ настоящее время весьма цѣнный, много интересныхъ для археолога иконъ, нѣсколько старинныхъ серебряныхъ крестовъ, которые цѣнятся въ нѣсколько тысячъ рублей и гробницъ мѣстно чтимаго святаго Елисѣя Сумскаго. Вообще храмы Сумы − одна изъ драгоцѣнныхъ реликвiй на нашемъ Сѣверѣ и нужно желать, чтобы они сохранились отъ всякихъ случайностей на память потомкамъ о тѣхъ религiозныхъ традицiяхъ, которыми жили русскiе люди здѣсь, мужественно отстаивая русскiя государственныя начала въ борьбѣ со шведами и русскими измѣнниками во время смутъ.

   И теперь, впрочемъ, мѣстное населенiе сохраняетъ религiозный укладъ своихъ предковъ... Сумляне − смѣлые мореходы, прекрасные знающiе условiя морской жизни и промысловъ. Поговорите, напр., о промыслахъ на Мурманѣ и они сейчасъ же съ полной освѣдомленностью и убѣдительностью скажутъ, что именно нужно для развитiя этихъ промысловъ.

   Во время нашего проѣзда въ Сумѣ мало было своего промысла, при которомъ обычно ловятъ навагъ и сельдей и большой посадъ былъ оживленъ только проходящими изъ Сороки обозами съ селедкой.

   Въ 20-ти верст. отъ Сумы, вглубь материка находится с. Лапино. Здѣсь приходская церковь, старинная часовня, одноклассная школа, волостное правленiе и около полусотни крестьянскихъ дворовъ, въ большинствѣ, уже старыхъ, иногда съ обвалившимися крыльцами и обломками стеколъ въ рамахъ. Встрѣчаются старинные дома съ любопытными клѣтушками и тайными ходами для «бѣгуновъ», находившихъ себѣ прiютъ у крестьянъ въ прежнее время. Лапино производитъ впечатлѣнiе бѣднаго села. Говорятъ, здѣсь крестьяне много пьютъ. Въ непродолжительномъ времени около Лапина начнутся заготовки бревенъ и лапинцы могли бы хорошо заработать, но знающiе люди говорятъ, что это не поможетъ улучшенiю крестьянскаго хозяйства: слишкомъ, молъ, мѣстный крестьянинъ, онъ былъ «послѣ вчерашняго», и у него были разбиты лицо и руки.

   Изъ Сумы въ Колежму везутъ цѣлыхъ 19 верстъ по неровной, ухабистой дорогѣ, т. н. «зимнику», гдѣ испытываешь жестокую тряску. Подъ конецъ этого пути начинаешь чувствовать боль подъ ложечкой. Трактомъ же не ѣздятъ, находя его гористымъ.

   Колежма тоже крупное поморское село, число домовъ въ которомъ достигаетъ чуть-ли не трехсотъ. Жилища поморовъ помѣстились около небольшой рѣчки и съ хозяйственными пристройками растянулись на добрую версту, но тѣснота въ селѣ бросается въ глаза на каждомъ шагу.

   Зимой въ Колежмѣ занимаются ловомъ навагъ, которыя считаются наиболѣе вкусными изъ другихъ сортовъ этой рыбы, но при насъ поморы жаловались, что промыселъ плохъ и говорили, что рыбу сильнымъ штормовымъ вѣтромъ отнесло дальше въ Онежскую губу.

   Въ Нюхчѣ, послѣднемъ поморскомъ селѣ въ Кемскомъ у., ловъ наваги былъ среднiй, но цѣны на рыбу стояли хорошiя, такъ что промышленники выручали удовлетворительно. Въ селѣ считаютъ 330 дворовъ. Между постройками обычная для старинныхъ селъ тѣснота. На высокомъ правомъ берегу рѣки Нюхчи, откуда интересный видъ на село и «святую гору», поднимающуюся огромной гранитной сопкой надъ лѣсомъ. На церковномъ погостѣ уцѣлѣла старинная колокольня у церквей, позднѣйшей постройки. «Святая гора», по преданiямъ мѣстныхъ жителей, во время нападенiя на Поморье враговъ служила для защиты укрывшихся на ней русскихъ людей, а въ болѣе позднее время на ней, говорятъ, спасался какой-то раскаявшiйся предводитель разбойничьей шайки.

   Въ Нюхчѣ три начальныхъ учебныхъ заведенiя, почта и телеграфъ, но нѣтъ фельдшерскаго пункта, между тѣмъ, въ прошломъ году въ селѣ былъ тифъ, которымъ болѣли 30 человѣкъ. Эта болѣзнь почему-то облюбовала Нюхотскую волость и внушаетъ населенiю страхъ. Разсказываютъ такой случай. Въ дер. Оштомозерѣ начался тифъ, привезенный изъ Нюхчи. Заболѣлъ и умеръ учитель. Крестьяне стали его хоронить и, при опусканiи въ могилу гроба, бросили вслѣдъ за нимъ живого пѣтуха. Случилось совпаденiе: эпидемiя прекратилась. Жертвоприношенiе помогло, думаютъ оштомозерцы.

С. В. М.

Выделение нас. пунктов сделано ред. сайта.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Перед отправкой формы:
Human test by Not Captcha

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.