Тамара

Родилась Тамара в 1931 году в деревне Матигора на левобережье села Выгостров пятым ребёнком в семье. Отец Тамары, Михаил Фёдорович работал на судоверфи в Сороке, ремонтировал суда, а мать Александра Алексеевна была на хозяйстве и с детьми: тремя парнишками и двумя девочками.
В 1940 году вся семья переехала в Сегежу, чтобы работать на только что построенном целлюлозно-бумажном комбинате – ЦБК. Но в 41-м началась война. Отец успел, работая на бумажном комбинате, построить дом, пожить в котором удалось только две недели. Завод спешно эвакуировали на Урал в местечко Тавда. Вместе с заводом на Урал поехали рабочие и их семьи.
Путь был долгим.
Вещей с собой практически не взяли. “Отец сказал надо взять металлические кружки. В них будем кипятить воду. Выскочит на станции из вагона, нарвет лебеды, стряхнет с корней землю, ополоснет водой – грызите, ребята” – вспоминает Тамара Михайловна.
На Урале первое время жили прямо под открытым небом, спали на земле, точнее – на болоте. Лишь спустя время, когда завод начал выпускать фанеру, из которой делали самолёты для фронта, отец построил для своей семьи укрытие из досок и фанеры.
Дети работали в поле, срывали сорняки, мокрицу, собирали урожай. Домой ничего не брали, все сдавали в колхоз. Подбирали с земли “все до горошинки”. Взрослые говорили, что этот урожай пойдёт на фронт. А ещё взрослые учили: возьми лучок зелёный, порежь его мелко и хлебушка накроши, размочи водой и будет тебе как суп. Хлеб выдавали по норме – 200 граммов в день.

Из эвакуации семья вернулась в родные края в 43-м. Отец, ослабленный болезнями, голодом и тяжёлой работой, в дороге захворал и умер прямо на станции Сорокская (нынешний Беломорск). Семья осталась без кормильца. На первое время Александру с тремя детьми приютил брат, Пётр Алексеевич. Жили всем гуртом в боковой комнате с одним окном и маленькой печкой. Со временем обустроились по соседству в деревне Шижня. Старшие братья Иван и Григорий Белые ушли на войну. Григорий попал на фронт обманом – приписал себе год в военкомате, сказав, что ему 18. Погиб под Запорожьем от рук бендеровцев. Он был младшим лейтенантом, служил в пехоте.
В комнате у Тамары Михайловны стоят портреты: Гриша красивый и молодой, как тогда в 41-м. Старший брат Иван после службы радистом в разведке вернулся домой, жил в Москве, где 44 года трудился на секретном заводе.

3 апреля тёте Тамаре исполнилось 90 лет. За плечами большая трудовая жизнь. “В школу я пошла в 6 лет. Не хотели брать. Учительница гнала. Говорит, иди домой, глупышка, рано тебе ещё учиться”, – смеётся тётя Тамара.
Читать научилась рано. Была настырной и любознательной. “Дождусь, когда уроки закончатся – и в класс”. Учительница “сдалась”. Говорит, ну покажи Тома, что ты умеешь. Читай. И Тамара прочитала строчку. Потом другую.” Так ты что же, всю книжку наизусть зазубрила? – Нет, я умею читать”. Так и взяли в школу.
Начала Тамара работать сразу после окончания семилетки уборщицей, затем ушла на железную дорогу стрелочником, работала няней в детском саду, телятницей на ферме. Почти до 60 лет сама держала корову. Вместе с мужем Владимиром Петровичем вырастили и выучили троих дочерей, всю жизнь помогала их семьям и внукам.
Боевой дух Тамаре достался от матери. Как-то в 1937 году Михаила забрали в органы, ничего не объяснив. Александра пришла в милицию: “Вы что делаете! Муж ремонтирует суда, у меня пятеро малых на руках, не отпустите – буду писать Калинину! Он меня знает!”. Не известно, повлияли ли эти слова на сотрудников НКВД, но вскоре Михаила отпустили…

В свои девяносто с хвостиком тётя Тамара сохранила ясный ум, светлую память и озорную девичью улыбку!
Чем поддерживаете здоровье, тётя Тамара, – спрашиваю я, – какие травки завариваете? Ничего не завариевает, ест чеснок с мёдом каждый день, – улыбается старшая дочь Ира.

Воспоминания о детстве Тамары Михайловны Лизенковой (в девичестве – Белой) записала Диана Василевич, п. Пушной, Беломорский район, 1мая 2021 год.

ИСТОЧНИК