Белое мореЭлектронная библиотека

Беломорье – Александр Михайлович Линевский (6)

3

Пропагандистская работа развила в Тулякове умение разбираться в людях, угадывать, о чем и когда можно говорить с собеседником. Хорошее настроение хозяина позволяло начать деловой разговор. Могло случиться, что Нина Кирилловна уедет из Ковды и ее отъезд нарушит налаженную связь между Питером и Беломорьем — выпадет ковдское звено. Это беспокоило Туликова, и он решил подобрать замену до своего отъезда из Ковды.

Дмитрий Петрович был подходящим связным. Как инвалид, он не ходил на отхожие заработки. Наблюдая за Матросовым, Туляков не раз думал: «Этот человек дела не провалит».

— Хочу вас спросить, Дмитрий Петрович. Ваш дед и отец ничего не жалели на бегунов-староверов, а вы вот укрываете не их, а меня?

Во рту у хозяина был кусочек сахара. Не торопясь, допив чай, Матросов ответил на вопрос вопросом:

— Военную службу проходили?

— Пользовался, как единственный сын, отсрочкой.

— А я проходил в восьмидесятых годах в Балтийском флоте. Войны не испытывал, а каторгу познал. Поехал дурачком, вернулся домой поумневшим… А тут дома все по-прежнему — в келье четверка бегунов-староверов укрывается. Смород оттуда но всей избе стелется. Трое мужиков и баба молоденькая на шее отца чуть не год жили припеваючи: нажрутся, наспятся — и вся их забота. А батька мой совсем поглупел от старости и только твердит их басни: «Нещастненькие, нещастненькие! Авось бог мне за их молитвы силы придаст». А они вшей да клопов расплодили… Высмотрел я в селе собачонку, черную суку — вот-вот ощенится — да рано утречком, когда все спали, сбросил ее к бегунам на кровать. Как завопят те: «Вельзевул! Вельзевул!» — да кто на карачках, кто как — и на улицу. Собака, по их понятию, самое поганое существо, а ежели она черная, да еще сука на сносях — тут уж и есть самое греховное на свете. Ну, конечно, в тесной каморке она до всех их коснулась — вот они и опоганились!

Исправление получить — то есть очиститься от скверны — друг у друга не могут. Значит, брести им за тыщу верст не то на Онегу, не то на Пинегу… Ой же и вою было! А я еще добавил: «За грехи ваши богомерзкие дом мой заклятым стал! Вон от меня, блудники, на глаза больше не кажитесь!» Ну, с тех пор и не лезут ко мне.

— Дмитрий Петрович, я надеюсь, что на вас можно положиться. Хочу просить вас сделаться посредником.

Туляков рассказал о налаженной вдоль поморского тракта связи по оказии, не называя ни одной фамилии.

— Выходит — вы и есть начальник почтовой связи, а учителка в Ковде у вас за почтовика… Чего это вы побледнели?

— Я ведь никого по имени не назвал! — У Тулякова от волнения даже перехватило дыхание.

— Как запоезжаю с почтой, так наша Нина Кирилловна посылку мне дает, а я отдаю Кандалакшскому учителю, а тот Ивану Иванычу…

— Значит — вы и есть связной между Кандалакшей и Керетью? — удивился в свою очередь Туляков и облегченно перевел дыхание. — Выходит, нет надобности агитировать вас?

— Уж который годок агитированным живу! Как Андрюшка про вас сказал, сразу понял: это тот, кому Иван Иваныч мои посылочки передает.

— А вы столько времени и виду не подавали!..

— Мне Андрюшка всю школу осторожности преподал и всегда говорит, что я выдержанный. А разве учителка уедет от нас?

Туляков почувствовал, что краснеет. Что было ответить хозяину? Выручил протяжный пароходный гудок.

— Вот и дожили до праздничка. — Дмитрий Петрович повернулся всем туловищем к окну, чтобы здоровой рукой показать на море. — Пришла «Ольга»! Сейчас простынь вывешу у крыльца: «гость прибыл». Андрюшка бегом прибежит.

«В дорогу! — Туляков побледнел. — Значит, не увидимся!»

Не остаться ли в Ковде до следующего прихода «Королевы Ольги»? Но кто знает, вернется ли к этому сроку Нина Кирилловна? Задержать свое возвращение на партийную работу? Поставив ногу на лавку и облокотись о колено, Туляков задумался.

Еще было время написать ей письмо. Туляков зашел за перегородку, вынул из кармана записную книжку и, экономя бумагу, начал скупо лепить слова — строка к строке, исписывал крупными полудетскими буквами почти сплошь весь листок.

«Случайность помешала сказать Вам, что все годы изо дня в день благодарил Вас за заботу и всегда думал о Вас. Я отдал себя целиком делу, а если говорить о личной жизни, то в ней — место Вам, и только Вам. Ваше согласие сделает меня самым счастливым. Податель этой записки знает мой адрес».

Туляков перечитал исписанный листок и вначале остался им недоволен. Казалось, в нем нет одного слова, самого простого и самого нужного. Он досадливо перечитал записку еще раз и рассмеялся — ведь все это и так было понятно! Все же он подчеркнул два слова — «только Вам». А как поступить и что делать, пусть решает сама.

Конверта не было, и потому Туляков, по тюремной традиции, скатал листок в трубочку, вставил внутрь ее конец неисписанного листка и опять скатал. На столе стояло блюдо с картофельными шаньгами. Вареный картофель неплохо склеивает бумагу. Положив заклеенную трубочку в боковой карман, Туляков уселся к окну и едва ли не впервые внимательно взглянул на море, по которому ему предстояло плыть.

На десятки верст виднелся скалистый берег, неровными сбегами уходящий в синеющую даль. Водная ширь рябила бесчисленными блестками мелкую волну. Туликову стало казаться, что море колышется спокойно и ровно, точно дышит. Начинался прилив — вода наступала на скалы, и в воздухе слышался рокот плещущих волн.

От берега к избе, слегка раскачиваясь, шел моряк в черной форменной тужурке, с большим узлом.

Когда он вошел в избу, первое, что бросилось Тулякову в глаза — ослепительно белые, словно выточенные зубы, широкая, добродушная улыбка. Обняв отца, вошедший направился к гостю. Туляков, вглядываясь в открытое мужественное лицо, подумал: «Какой славный парень».

— До чего удачно получилось, что встретились! А то телеграфировали капитану, что меня ссаживают с корабля на берег. Хотят, видимо, в портовую крысу превратить, — заговорил моряк. — Я-то еще поартачусь, и капитан обещал поддержать. Вовремя все же мы добрались, а то мог бы прямо зарез получиться. В первом рейсе в Кеми проверяли документы — кого-то искали! Царские холопы нервничают.

— Надо ехать, — пробормотал Туляков и не удержался от вздоха: «Ее повидать не придется!»

Увидев, что отец торопливо продувает самовар, моряк отрицательно замотал головой:

— Мы, батя, долго рассиживаться не будем. Товарищу переодеться надо. Судя по паспорту, такому господину, как вы, положено быть не иначе как в тройке.

Туляков недоуменно развел руками.

— А мы позаботились. Архангельск — город немалый, и кое-кто из либералов помогает революции вот этим. — Он развязал узел. — Тройка — что надо. А на плохой конец есть в судовой команде портняжка, он может на скорую руку поубавить…

Но услуг портного не требовалось. Костюм оказался словно сшитым на заказ.

— Ну вот — господин что надо. Тащи, батя, мою бритву и все прочее. Усы придется сбрить.

В легком испуге Туляков машинально прикрыл рукой рот, и это получилось так по-детски забавно, что сын и отец дружно расхохотались. Глядя на них, рассмеялся и Туляков.

— Придется красой своей пожертвовать, — комически вздохнул он.

— Вам — усами, а мне придется поплатиться кое-чем посерьезнее. Господину Арбузову Михаилу Константиновичу никак нельзя путешествовать по Белому морю в одном костюме! Где же у него летнее пальто и шляпа? Придется мне с жениховским нарядом расстаться. Благо он в отцовском доме, и женка не подумает, что пропил…

— У меня семьдесят два рубля, — произнес Туляков, — есть возможность…

— Берегите, берегите денежки. Помещу вас в отдельную каюту, благо я на пароходе и кассир. А с деньгами сейчас прямо зарез. Не уверен: соберут ли ребята по моему заданию вам на дорогу. О покупках и не мечтайте! Неси-ка, батя, мое жениховское добро. Раз я женат, так и щеголять нечего…

Как только старик вышел в сени, где в холодной клети хранилась одежда, Туляков торопливо вынул из кармана письмо.

— Научите, как передать это учительнице Нине Кирилловне? — и, очень смущенный, тихо добавил: — Письмо очень важно и ей, и мне!

У Тулякова едва хватило сил взглянуть на моряка, и он увидел, как у того от удивления округлились глаза.

— Кому?..

— Нине Кирилловне, — как можно внушительнее, сдавленным голосом повторил Туляков.

— Ну, значит, ей. — Парень большим усилием воли сдержал смех. — А мы-то ее монашкой прозвали. Она одной кашей питается, никого к себе в гости не пускает и все деньги на книги тратит…

— Два мешка книг она переслала мне. Они на сеновале вашего дома. Надо будет их ей вернуть.

— Ловко, — моряк даже присвистнул, но спохватился и торопливо добавил: — Мы все считали, что она одной наукой живет…

— Мы виделись только несколько часов. Все эти годы она снабжала меня книгами. Теперь понимаете, что это за святой человек и можно ли что плохого о ней подумать? Как передать ей письмо?

— Мой батя, как могила! Будьте спокойны, он…

— И еще. В вашем доме небольшой железный ящик. В нем — нелегальная литература. С собой мне, конечно, взять ее нельзя. Держать в вашем доме опасно!

Моряк нахмурился, обдумывая.

— Тут какой-то тип крутится, ваш отец его шпионом называет, — продолжал Туляков.

— Догадываюсь — кто. О нем петля давно скучает! Скажем бате, пусть пока закопает ящик в землю, а литературу Никандрычу бы отдать?

— Правильно, Андрей. Так и я решил. На заводе она в дело пойдет! Я в Сороке старику об этом скажу, а он уж через сорочан организует доставку.

Вошел хозяин с черным пальто и мягкой шляпой.

— Анфиса так заложила его своими нарядами, что едва нашел, — ворчал он, — чуть было не отступился от поисков, да побоялся: а вдруг подумаете, что жалею.

Моряк поручил отцу передать записку учительнице. Затем сказал, что надо будет к ней же постепенно перетащить из мешков книги и немедленно закопать за домом ящик, чтобы затем отдать его тому, кто приедет из Сороки.

— Ну, пора в путь! — сказал моряк. — Дежурит мой дружок, без меня не отчалит, а подводить друга негоже. Быстро, быстро усы брить.

Пришлось вначале усы выстричь и уж затем, густо намылив, сбрить.

— Холодно губе стало, — осторожно касаясь пальцем верхней губы и чувствуя от прикосновения зуд, проговорил Туляков и недовольно поморщился. В мутном зеркале, висевшем над комодом, он увидел незнакомое лицо… Нос смешно выпятился. Словно не веря глазам, Туляков опять потрогал губу.

— Ну, пошли, — решительно встал моряк.

— На дорожку выпить надо. — Матросов торопливо поставил на стол графинчик. — За здоровье гостя!

— За мое здоровье — неважно. Выпьем лучше за наше дело, — предложил Туляков и, взглянув на старика, добавил: — За вас, Дмитрий Петрович, в благодарность за вашу помощь.

Чокнулись чайными чашками. Старик громко крякнул, сын проглотил водку, словно это была вода, а Туляков с трудом подавил гримасу отвращения.

— Видать, не из пьющих! — заметил старик.

— Угадали, — ответил Туляков и, прощаясь, обнял его. — Не забудьте учительнице письмо отдать и книги, и еще уговоримся: сразу же после нашего ухода выкопайте за домом яму и спрячьте железный ящик. В избе не держите. Это может оказаться только на радость шпиону.

— О шпионе мы позаботимся, — нахмурился моряк. — Где же ваша кладь?

Туляков вынес из горницы заплечный мешок.

— Господа с мешками не ездят. Ну, ладно. На пароходе и это обмозгуем.

Моряк взял заплечный мешок и вскинул его на спину.

— Я сам…

— Что вы, господин хороший. Разве можно барский костюм грязнить, — наставительно проговорил моряк. Поцеловав отца и накинув на руку пальто, он пошел к дверям.

— Проводи, батя, гостя к ручью. Там наши его встретят. А я отдельно пойду. На корабле, пожалуй, кто-нибудь присматривает.

У ручья Тулякова ждало шестеро матросов. Все в пиджаках. Один из них положил руку на плечо Туликову и пошел в обнимку с ним. Другие тесно окружили их, и все вместе вошли на пароход. Там Андрей провел Тулякова в двухместную каюту второго класса и вручил билет до Сороки.

Раздался гудок, затарахтела машина, и пароход плавно отошел от берега.

— Буфетчик у нас на большом подозрении, — вполголоса проговорил Андрей. — Старайтесь не попадаться ему на глаза. Читайте эту толстущую книгу. Кормиться будете у моего дружка, тоже, как я, помощника капитана. Каюта его рядышком, справа. В каюте слева — двое купчин с мамзелью, тем не до вас. Не забудьте пока хорошенько изучить паспорт. Опасаюсь Кеми. Там и погореть нетрудно.

Страницы ( 7 из 8 ): « Предыдущая123456 7 8Следующая »

Добавить комментарий

Обязательные поля помечены *

Укажите своё имя

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.